КРОМО «Равновесие»
новости
отчеты
проекты
Просьбы о помощи
О детях-сиротах
Отказные дети
О детских домах
Об усыновлении
О заключенных
О бездомных
О церкви
О семье и обществе
об организации
Форум
Почта
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru

История усыновления в России.

04.08.2005

Разделы:

Социальное сиротство - это тяжелая, неестественная ситуация, когда родители по разным причинам не воспитывают своих детей. На Руси призрение детей - сирот развивалось вместе с внедрением христианства и возлагалось на князей и церковь "Власть родителей над детьми, и при этом власть обоих родителей, была признана у нас уже во времена язычества", вплоть права родителей отдавать своих детей в рабство.

В древние времена авторитет родителей "был весьма велик и проявлялся и охранялся весьма сильно. У славянских народов далекого прошлого дети освобождались "по смерти одного из родителей из под власти другого". Становились они свободными от власти другого родителя и тогда, когда тот вступал в повторный брак.

Полное подчинение ребенка воле родителей преследовало и другую цель: сохранение в загробной жизни условий жизни, существовавших на земле. Исследователи обычаев древней Руси обнаружили "умерщвление грудных младенцев над телами воинов Святослава".

После крещения на Руси (988 год) церковь постепенно начинает брать на себя то, что раньше регулировалось обычным правом

Начинает приобретать все большее распространение христианская семейная мораль. Теперь Русь берет жизнь детей под сохранение своих законов.

Великий князь Владимир I поручил в 996 году общественное призрение, куда входила и помощь сиротам, попечению и надзору духовенства Заботился он о прокормлении сирот и сам, раздавая убогим, странникам, сиротам великую милостыню. Великий князь Ярослав учредил сиротское училище, где призревал и обучал своим иждивением 300 юношей. Призрение бедных и страждущих, в том числе и детей, рассматривал как одну из главнейших обязанностей и Владимир Мономах. В своей Духовной Детям он завещал защищать сироту и призывал: " Всего же паче убогих не забывайте, но елико могуще по силе кормите, снабдите сироту".

В те далекие времена, когда еще не существовало единого государства Российского, призрение детей-сирот было частным делом князей, либо возлагалось княжеским государством на церковь. Но в любом случае оно осуществлялось из религиозных, моральных побуждений, рассматривалось как богоугодная акция. Поговорка того времени гласит: "Не постись, не молись, а призри сироту."

Существовали в древние времена и конкретные способы защиты осиротевшего ребенка путем его усыновления или передачи на опеку. Усыновление как искусственное "сыновство", как прием "стороннего" в состав семьи, совершалось в России "издревле, то есть и в пору язычества.

Таким образом усыновление знали и времена, когда существовала древняя семья с патриархальным отцом семейства во главе, в которую одинаково входили "и дети, и рабы, и принятые в семью (примаки) из чужой семьи". Но со временем все более отчетливым становится намерение усыновителя иметь наследника, который бы поминал души бездетных супругов.

Опека над несовершеннолетними своими корнями уходит далеко вглубь истории. Потребность в ней существовала во "все времена, даже в эпоху господства большой патриархальной семьи. И всегда она связана с заменой родительской власти. Именно "этот мотив, это обоснование и это оправдание учреждения опеки и проявляются у всех народов" Но первоначально опека возникает не столько по соображениям нравственного порядка - позаботиться о сироте, сколько ради соблюдения интересов его родственников - претендентов на имущество в случае смерти малолетнего. На первых порах именно поэтому опека представляла собою "право этих родственников".

Первый случай опеки над ребенком, упоминавшийся в летописи, относится к 879 году После смерти родителей опекунами становились те ближайшие родственники, которые в роде занимали место умерших. Например, после смерти князя Игоря, опекуншей над Святославом стала его мать. Что касается существа опекунских отношений, то они были только личными. Опекун заботился только "о воспитании и прокормлении сироты, об охранении его от обид и несправедливостей А имущество принадлежало всему роду. Никаких имущественных обязанностей опекун не имел, ему принадлежали только права. Вот почему он был безотчетен и безответственен.

В Московском государстве, с одной стороны, во многом положение детей оставалось прежним. Так, родители сохраняли право распоряжаться брачной судьбой своих детей. Это право было следствием уходящего в глубь веков "пагубного обычая женить малолетних на возрастных "девках". Оставалось право родителей отдавать детей в монастырь. Оно пришло на смену обычаю, согласно которому родители давали обет монашества от имени своих малолетних детей. Социально-экономические перемены в жизни Московского государства по-своему повлияли и на существовавшее прежде право родителей отдавать своих детей в рабство. Теперь подобного рода право трансформировалось сначала в право заочно записывать своих детей, не достигших 15-летнего возраста, в кабальное холопство, а потом в право на отдачу детей в услужение. Но в любом случае речь шла о неограниченном праве родителей на свободу своих детей Забота об осиротевших детях претворялась в жизнь по-разному. Они нередко попадали в монастыри, где их воспитывали, кормили и одевали. Существовало в то время даже такое понятие как "монастырские детеныши" в число которых попадали и осиротевшие бедные разоренные дети боярские, у "которых отцы и матери "посечены". А в некоторых монастырях, например, Кирилло-Белозерском, существовали детские приюты "под именем голышни". Они находились под присмотром специально приставленного к ним старца. Монастырь этих сирот брал "на корм", одевал. По мере их "подрастания" "приспосабливал" к различным работам. "Малые робята, которые работают в поварне, рыбу чистят". Подросших переводили на более ответственные работы (в повара). Трудились несовершеннолетние воспитанники монастыря и "на пашне". Осиротевших детей брали и в зажиточный дом, где благочестивые отцы семейств их воспитывали и обучали какому-нибудь занятию, а по достижении совершеннолетия отпускали, что называлось "благословлять в мир". Вместе с тем бытовало и преступное отношение к осиротевшим детям. По свидетельству Н. Костомарова в Х VII веке служилые люди торговали самым бессовестным образом женским полом в Сибири. "Они насильно брали беспомощных сирот-девиц и продавали их".

Крестьянские дети, "оставшись от родителей своих", поступали на воспитание или родственников или посторонних людей вместе со своим имуществом, которое "небыв приведено в известность, расхищается часто корыстолюбивыми воспитателями в свою пользу". Если у осиротевшего ребенка не было никакого имущества, он жил обыкновенно мирским подаянием. "Общество об них нисколько не заботится, предоставляя их на волю судьбы".

В царствование Ивана IV в круг задач государственного правления, осуществляемого с помощью приказов, входило и призрение бедных и страждущих, куда входили и дети-сироты. В начале XVII века в трудное и "смутное" время особенно заботился о вдовах и сиротах без различия их подданства и вероисповедания Борис Годунов. Он "не щадил никаких средств и ежедневно раздавал в Москве огромные деньги бедным". В Москву повалил нуждающийся и ненуждающийся народ. "Зло увеличилось еще от недобросовестности приказных, раздававших деньги не действительно нуждающимся, а своим родным и знакомым." 1Предпринятые Борисом Годуновым меры экономического порядка включали в себя и бесплатную передачу бедным, вдовам, сиротам привезенного из отдаленных районов большого количества хлеба. Чрезвычайные меры по оказанию помощи населению, в том числе и детскому, страдающему от голода, предпринимал и Василий Шуйский.

Таким образом "принципиально помощь бедным считалась делом не одних только частных лиц, но и правительственной власти.

В середине XVII века при царе Алексее Михайловиче получила свое дальнейшее развитие идея постепенного сосредоточения призрения в руках власти гражданской. В это время были созданы приказы, специально занимавшиеся призрением бедных и сирот. А патриарх Никон получил от царя право принимать от них прошения и делать царю по ним представления. По Указу царя Алексея Михайловича в 1650 году была перепечатана Кормчая книга, включавшая в себя все существовавшие до того времени правила православной церкви, относящиеся к сиротам.

В 1682 году был подготовлен проект Указа, где из общего числа нищих выделялись нищие безродные дети. Здесь же впервые ставился вопрос об открытии для них специальных домов с целью обучения их грамоте и ремеслам, наукам, которые "зело и во всяких случаях нужны и потребны". Именно этот проект как бы завершал эпоху, когда зародилась идея государственного призрения. Теперь на место полного "нищелюбия", благотворительности исключительно ради спасения души без соотнесения проблем призрения с задачами государства, выдвигалась новая идея, в основе которой лежали "нужды государства и забота о пользе населения". Что же касается попечения о детях-сиротах с помощью специальных детских учреждений, то это берет свое начало с 1706 года, когда Новгородский митрополит Иов построил по собственной инициативе и за собственные средства в Холмово-Успенском монастыре "сиропитательницу" для "зазорных" младенцев. Тем самым он положил начало истории подобного рода заведений, к помощи которых прибегали и много позже.

Нехватка рабочих рук объясняла отношение к ребенку-сироте и как к будущему работнику. Поэтому государство отдавало беспризорных детей как частным лицам, так и церковным учреждениям, позволяя им пользоваться бесплатным трудом своих воспитанников. Такое закабаление было наиболее примитивной формой заботы общества и государства о малолетних, оставшихся без семьи. Что же касается самих частных лиц, то они охотно брали на воспитание сироту, чтобы потом закабалить его навсегда. А оставшийся без родителей ребенок "бил челом во двор к лицу согласившемуся взять его к себе", чем обеспечивал свое пропитание. Что же касается устройства осиротевших детей в семью, то две его основные формы - усыновление и опека продолжали существовать в прежнем виде. Новых законодательных актов на этот счет не было, за исключением одного предписания, запрещавших усыновлять своих незаконных детей. Но опека постепенно начинает подвергаться более детальному правовому регулированию. Более четким становится круг возможных опекунов, куда могут входить: отчим, ближайшие родственники ребенка. Появилась также опека по назначению органами, обладающими властными полномочиями. Имеется в виду прежде всего церковь, поскольку духовенство в те времена полностью распоряжалось семейными, наследственными и опекунскими делами. Однако родственники продолжали следить за опекунами. Но постепенно чисто нравственная обязанность опекуна возвращать имущество опекаемому к моменту достижения им полной самостоятельности превращается в юридическую. Из безотчетного и полновластного распорядителя опекун "превращается в представителя интересов опекаемого.

С началом XVIII века на исторической сцене "появляется личность", что не могло гармонировать с существованием неограниченной родительской власти.

Еще одним, имеющим принципиальное значение, шагом в законодательном регулировании вопросов семьи и брака, стало ограничение церковной власти над брачно-семейными отношениями, ибо ранее делами семейными ведало главным образом "Великое духовенство". Теперь большая часть "семейственных дел" подчинялась светским, гражданским законам. Если Стоглав устанавливал брачный возраст для жениха - 15 лет, невесты - 12 лет, то Указ Петра I "О порядке наследования" (1714 год) поднял его рамки: для жениха - 20 лет, для невесты - 17 лет.

Не оставил без внимания Петр I и вопросы, касающиеся родительской власти, на неограниченность которой он также обратил свое внимание, подтвердив их право употреблять против непокорных детей домашние исправительные меры. Родителям разрешалось:

отдавать детей в смирительные дома;

приносить на них жалобы в суд.

Опеке как форме устройства ребенка в семью имевшие место реформы уделяли достаточное внимание. Петр I повелевал призревать сирот "без призрения после родительства оставшихся подкидышей или явленных таких, которых воспитывать мужского пола до 7 лет, а потом посылать в школы определенные, а женского пола обучать грамоте, також следующих мастерств...". Что же касается непосредственно опеки как формы устройства ребенка в семью, то на этот счет появилось следующее указание: магистраты (а не церковь) обязаны смотреть, "чтобы сироты не оставались без опекунов, назначение которых и наблюдение за которыми поручает магистратам же". Это "нужно считать первым установлением опеки как особого государственного учреждения с властью, контролирующей деятельность опекунов

Таким образом реформаторская деятельность Петра I была связана и с положением детей, оказавшихся в бедственном положении, без семьи, без средств к существованию. Осуществлялась она по двум основным направлениям. Первое составляли меры, направленные на устройство детей, оказавшихся "ненужными" в государственные учреждения. Второе заключалось в борьбе с нищенством несовершеннолетних.

Прямое попечение о детях-сиротах с помощью специальных детских учреждений относится к началу XVIII века, когда Новгородский митрополит Иов построил по собственной инициативе за собственные средства в 1706 году в Холмово-Успенском монастыре "сиропитательницу" для "зазорных младенцев". А в самом Новгороде он основал еще десять таких заведений, где воспитывалось до 3-х тысяч детей. Отсюда дети поступали в устроенные Иовом школы полудуховного характера, после чего они становились, кто церковнослужителями, а кто служилыми или посадскими людьми. А Петр I своим Указом от 4 ноября 1715 года предписал устраивать в Москве и других городах гошпитали "для зазорных младенцев, которые жены и девки рожают беззаконно и стыда ради отметывают в разные места, от чего иные младенцы безгодно помирают, а иные от тех же, кои рожают, и умерщвляются". И "чтобы зазорных младенцев в непристойные места не отметывали, но приносили бы к вышеозначенным гошпиталям и клали потайно в окно через какое закрытие, дабы приносимых лиц не было видно. Эти гошпитали существовали обычно около церковных оград. В Москве они были каменными, в других городах деревянными. Правда, такие гошпитали были рассчитаны на незначительную часть покинутых детей.

Таким образом в то время в России, как и в Европе практиковался так называемый "тайный прием", позволявший оставаться неизвестным лицу, подкинувшему ребенка. Это давало возможность не оставлять его брошенным вовсе. Что касается источников существования сиропитательного гошпиталя, то ими были частично городские доходы, а частично средства, образующиеся из пожертвований частных лиц и церкви. Последние согласно Указу Святого Синода от 29 июня 1723 года особо охраняли часть "церковного кошелькового сбора", а также всю прибыль от продажи свечей для устройства гошпиталей."

Не исключал Петр I и помощи церкви, монастырей. В годы его царствования, как и в прежние времена, детей-сирот передавали в богодельни, где наряду со взрослыми содержались безродные, бездомные дети. А, например, в Москве для воспитания детей-сирот был "назначен "Новодевичий монастырь.

Следовательно в то время воспитание детей, молодых людей было напрямую связано с государственной пользой, которая включала в себя образование и просвещение. Что же касается крестьянских детей, то их всякий крестьянин "должен в великом страхе содержать, ни до какой праздности не допускать и всегда принуждать к работе, дабы он в том взял привычку и, смотря отца своего неусыпные труды, себя к тому приучать мог.

При Екатерине II российское законодательство по-прежнему не давало перечня ограничений родительской власти на случай злоупотребления ею. Поэтому "самые безнравственные родители, поведение которых самым развращающим образом действует на детей, страдающих морально и физически, сохраняют всю полноту своей власти, как и родители безукоризненной нравственности и вполне чадолюбивые".

В годы ее царствования имело место еще одно существенное нововведение, имеющее прямое отношение к положению детей. Если раньше, незаконнорожденные подкидыши закрепощались путем их закрепления за воспитателями, чьими крепостными они становились, то теперь они стали поступать до совершеннолетия в ведомство приказов общественных учреждений, после чего становились вольными. За владельцами закреплялись только незаконнорожденные дети крепостных матерей.

Наряду с дворянской опекой для купеческих и мещанских вдов при каждом городском магистрате учреждался городовой сиротский суд. На "всякого города главу" возлагалось аналогичная обязанность уведомлять городовой сиротский суд о вдовах и осиротевших малолетних детях "всякого звания городовых жителей", "кои в том городе, где он избран, остались после мужей, или родителей, и без призрения находятся.

Продолжала развиваться опека, сословность накладывала свой отпечаток на содержание требований, касающихся воспитания. Для одного сословия они были одни, для другого другие. Так, малолетнего дворянина надлежало воспитывать так, чтобы он мог "вести жизнь порядочную, сходственную с достатком, безхлопотную от заимодавцев и безмятежную от домашнего неустройства, весьма отдаленную от расточения, разоряющего роды. А для мещан и купцов предназначались несколько иные правила: "дабы мог воспитываться в знании приличного его состоянию промысла или ремесла. При всех более или менее значительных различиях в регламентации отношений по опеке всякий раз устанавливались правила, относящиеся к имущим группам населения. Не случайно, поэтому, речь всякий раз идет об опеке над имением (имуществом) и личностью ребенка.

Следовательно состоявшиеся при Екатерине II перемены в правовом регулировании отношений, связанных с опекой, " в круге обязанностей опекунов, порядке назначения и отзыва их и другие вопросы поставили деятельность в законные рамки.

Таким образом в годы царствования Екатерина II заметное место занимают административно-организационные перемены в устройстве осиротевших детей. При этом сохранявшийся и ранее принцип сословности обрел еще более четкие черты.

В деятельности Екатерины II, находившейся под влиянием западноевропейских просветительских идей, особое место занимает забота об устройстве осиротевших детей вообще. С одной стороны, она предписывает устраивать их в семьи. В Указе "Учреждения для управления губерний" на этот счет говорилось: "если же устроение сиротских домов будет неудобно или потребует издержек, кои отнимут способы к оказанию Призрения большему числу сирот, то Приказ неимущих сирот отдает за умеренную плату надежным добродетельным и добронравным людям для содержания и воспитания с обязательством, чтобы предоставить их во всякое время Приказу. В ст. 301 этого Указа говорилось также, что ребенок передается воспитателям "дабы научился науке или промыслу или ремеслу, и доставлен был ему способ учиться добрым гражданином". Но и эта гуманная идея полностью подчинялась принципу сословности.

Заметное место в деятельности Екатерины II занимает создание специальных учреждений для оставшихся без семьи, брошенных детей. По проекту известного в то время "всей душой преданного делу милосердия", известного государственного деятеля И.И. Бецкого она издает 1 сентября 1763 года Манифест "Об учреждении в Москве Воспитательного Дома с особым гошпиталем для неимущих родильниц", который должен был быть построен "общим подаянием". Такому Дому предстояло стать учреждением государственным. На его постройку был объявлен сбор пожертвований, всюду были разосланы воззвания, которые надлежало зачитывать "во всех церквах". В этих же воззваниях был призыв устраивать самостоятельные "сиропитательницы" или приюты. Цель создания Воспитательных домов сводилась к тому, чтобы истребить злодейства, воспитывать детей с выгодой и пользой, уменьшить нищенство.

Для постройки такого дома требовались "громадные денежные средства". Сама Екатерина II в разное время пожертвовала на его строительство 1 млн. рублей. Некоторые дарили Воспитательному Дому имения, дома, ценные вещи, строительные материалы и др. В пользу этого дома шли крупные штрафы, которые императрица накладывала на своих сановников. Источником необходимых расходов были также ежегодные доходы от основанного впервые в России ломбарда. Через 7 месяцев после опубликования Манифеста (21 октября 1764 года) состоялась торжественная закладка здания Московского Воспитательного дома. Его предстояло построить на берегу Москва-реки, на месте, где находился так называемый Гранатный двор. Для строений этого Воспитательного Дома был отдан участок, простиравшийся по берегу Яузы, по улице Солянке и по протяжению стены Китай-города от Варварских ворот до берега Москва-реки. В память дня закладки была выбита медаль, где с одной стороны - портрет Екатерины II, а с другой - две фигуры: Вера и Человеколюбие, поднимающие ребенка, с надписью вокруг: "И вы живы будете. 1763, 1 сентября А в марте 1770 года было разрешено открыть Воспитательный Дом в Петербурге. Первоначально он являлся отделением Московского и финансировался как на средства от казны, так и за счет благотворительности.

Манифест Екатерины II призывал также создавать "сиропитательницы" и в других городах. В особом Указе Святейшего Синода от 31 декабря 1763 года на этот счет говорилось: "И еще бы и богоугоднее было, если бы всяк во своей епархии потщился сиропитательницу устроить. Вскоре по частной инициативе различных благотворителей открылись сиропитательницы в Новгороде, Воронеже, Оренбурге и других городах. Однако детские учреждения для сирот создавались не только по инициативе благотворителей.

Открытие Московского Воспитательного Дома состоялось 21 апреля 1764 года. В нем надлежало создать совершенно "новую породу людей", детей-граждан, способных служить отечеству делами рук своих в различных искусствах и ремеслах. Вот почему так много внимания уделялось не только организационной его части, но и процессу воспитания находящихся там детей

Оба Воспитательные дома имели своеобразный статус. Они рассматривались как самостоятельное ведомство, имели собственную юрисдикцию, освобождались от пошлин при заключении контрактов, могли самостоятельно покупать деревни, дома, земли, заводить фабрики, заводы, получать четвертую часть доходов от театров, общественных балов и всякого рода игр на деньги.

При Екатерине II укрепились и административно-правовые основы воспитательных домов и приютов для "осиротелых" детей. Все они, кроме Московского и Петербургского, передавались в ведение Приказов общественного призрения. Однако несмотря на все усилия И.И. Бецкого создать так называемое "третье сословие", его идея потерпела крах. Во-первых, он не предполагал такого наплыва детей в Воспитательные Детские Дома, что прямо-таки парализовало их деятельность. Во-вторых, чрезвычайно высокой была смертность среди поступающих сюда детей. Так, в первые четыре года существования Московского Воспитательного Дома из принятых 3147 детей больше 82 % умерло. Были годы, когда умирали просто все дети.

Поэтому Екатерина стала предписывать устраивать детей в семьи. Приказ неимущих сирот отдает за умеренную плату надежным добродетельным и добронравным людям для содержания и воспитания с обязательством, чтобы предоставить их во всякое время Приказу. В ст. 301 этого Указа говорилось также, что ребенок передается воспитателям "дабы научился науке или промыслу или ремеслу, и доставлен был ему способ учиться добрым гражданином". Раздача на воспитание в деревенские семьи осуществлялась за плату (2 рубля в месяц). Сначала в деревню отправляли ребенка, пока ему не исполнилось 9 месяцев, потом 5-7 лет.

После этого по плану И.И. Бецкого детям предстояло вернуться в Воспитательный Дом. Позже, ради создания в его стенах необходимых условий существования воспитанников установили их численность (500 человек). Остальные дети продолжали оставаться в деревенских семьях, откуда мальчики по достижении 17 лет зачислялись в разряд казенных крестьян, им давали участок земли и необходимый инвентарь. А девочек обычно выдавали замуж. Это - первый опыт патронатного воспитания на Руси.

При Екатерине II имело место еще одно существенное нововведение. Если раньше, незаконнорожденные подкидыши закрепощались путем их закрепления за воспитателями, чьими крепостными они становились, то теперь они стали поступать до совершеннолетия в ведомство приказов общественных учреждений, после чего становились вольными. Заметное место занимают административно-организационные перемены в устройстве осиротевших детей. При этом сохранявшийся и ранее принцип сословности обрел еще более четкие черты.

Крестьянские же дети, оставшихся без родителей своих поступали на воспитание или родственников или посторонних людей вместе с наследством, которое "небыв приведено в известность расхищается часто корыстолюбивыми воспитателями в свою пользу . Что же касается усыновления, то в крестьянском быту оно имело место по большой части только тогда, когда в семействе не было прямых наследников.

Начало XIX века ознаменовалось войной 1812 года, оказавшей влияние на умонастроение тех, кому небезразлична была дальнейшая судьба России.

Первая половина XIX века не принесла существенных изменений, нововведений в правовое регулирование семейных отношений, касающихся родителей и детей.

Краеугольным камнем опеки продолжали оставаться положения, заложенные Указом "Учреждения для управления губерний" 1775 года. Особенно привлекательным для опеки был как и раньше принцип сословности, нашедший свое развитие в последующие годы. Что же касается усыновления, то оно подверглось в это время более тщательной и подробной правовой регламентации. 11 октября 1803 года появился Указ, дозволяющий бездетным дворянам усыновлять ближайших законнорожденных родственников через передачу им при жизни фамилии и герба и оставление по смерти в наследство недвижимого имущества. Усыновленные дети признавались как бы родными "во всех наследственных линиях и не могли быть отчуждаемы от прав, присвоенных общими узаконениями равным степеням родства"

Кроме опеки и усыновления в России, примерно с XIX века, начал вводиться патронат и патронаж, то есть "помещение беспризорных детей, больных и других лиц, нуждающихся в заботливом домашнем уходе, в частные семьи". Появляется понятие "патроната" для "падших, но которые не утеряли силу воли", который включал заботу о здоровье ребенка, начальном образовании и развитие его способности к труду как источнику самообеспечения в будущей жизни. Эти требования были не всегда реальными для выполнения в тех семьях, которые брали детей. Семье, принявшей к себе на патронат ребенка, выплачивалось разное по размерам пособие: 5 рублей (заметная по тем временам помощь) на маленького ребенка, так как он ничем по хозяйству не помогал, и гораздо меньше - на старших, так как они могли помогать по хозяйству, а значит, зарабатывать деньги. Постепенно к 14 годам выплаты прекращались. Тогда детей брали в основном бедные сельские семьи, для которых патронат был обычным "народным промыслом". Чтобы облегчить положение ребенка, переданного на патронат, организовывался надзор за выполнением воспитателем своих обязанностей. Один из специалистов по охране детей-сирот того времени Н.В.Яблоков, обобщая многолетнюю практику государственного призрения, пришел к выводу: передача в семью ребенка-сироты - лучший способ его устройства.

Видом патроната стала совокупность мер материальной помощи нравственно опустившимся, в частности, освобожденным из мест заключения лицам, проституткам и т.д., с целью обеспечения им перехода к честной трудовой жизни. Этот вид патроната содержал в себе лишь какие-то зачатки патроната как способа охраны детей-сирот.. Их касается больше патронаж, то есть "помещение беспризорных детей, больных и других лиц, нуждающихся в заботливом домашнем уходе, в частные семьи". Именно он был связан с благотворительностью по отношению к детям, с их призрением. Законодательные предпосылки патронажа уходят своими корнями во времена Екатерины II, когда предусматривалась обязанность сельских и городских

Развитие патроната как формы покровительства освобожденным из мест заключения происходит главным образом во второй половине восемнадцатого века. Именно в это время "решаются открыть" в Санкт-Петербурге Рабочий дом для выходящих из тюрьмы, а также больницы для малолетних, необученных ремеслам и "вообще для павших, но не утративших чувство стыда и доброй воли". Но поначалу подобного рода учреждения были результатом сугубо частной инициативы. Правда, постепенно и государство начинает принимать участие в судьбе освобождающихся из мест заключения, попавших в приюты малолетних преступников. Закон от 5 декабря 1866 года предписывал: "Выпущенные из приюта несовершеннолетние должны состоять в течение определенного срока под покровительством приюта, который обязан оказывать им возможное содействие в деле устройства их будущности

Для достижения такой цели как охрана детей-сирот, попавших в приют, например, Московское благотворительное общество стремилось "приискать" воспитаннику занятия соответственно его полу, "летам", способностям и силам. Для этого он помещался в учебное или промышленное заведение, если невозможно было сразу же после освобождения найти для него подходящее дело. Налицо еще один шаг в сторону патроната как формы устройства несовершеннолетнего, поскольку речь шла о его временном - на период обучения ремеслу, помещении в данном случае на учебу. Что же касается патронажа, то он издавна связывался в России с передачей воспитанника в семью для вскармливания. Постепенно все более четкими становились требования к таким семьям: содержать ребенка так, чтобы по возможности обеспечивать его здоровье, и чтобы он получил начальное образование, был приспособлен к какому-либо труду, способному служить ему источником будущей жизни. Но эти требования не всегда были реальными, поскольку чаще всего взять ребенка к себе на воспитание за вознаграждение хотели "беднейшие жители", для которых "пятирублевое подспорье" являлось заметной помощью" Тем не менее приходилось отдавать детей именно им, так как обеспеченные круги населения предпочитали усыновление. Вот почему жизнь и судьба передаваемых на патронаж детей были ужасными. Они попадали туда, где "дом разваливается, крыша прохудилась, ни двора, ни построек не видно".

Семье, принявшей к себе ребенка на патронаж, выплачивалось разное по своим размерам пособие. Обычно оно было больше, когда принимали совсем маленького ребенка, который ничем по хозяйству не помогал. Постепенно к 12-14 годам выплаты уменьшались или прекращались вовсе.

Недостаток патронажа как деревенского промысла заключался не только в существовании убогих условий воспитания. Настоящей бедой, особенно, в конце XIX века была и сифилизация деревенского населения, в том числе и детей, источником которой была болезнь ребенка, поступившего из приюта, из-за женщины-кормилицы. Не случайно, поэтому в 90-е годы XIX столетия вопрос о воспитании покинутых детей неоднократно ставился врачами на Пироговских съездах, рекомендовавших не раздавать детей из воспитательных домов в семьи ранее достижения ими 3-х месячного возраста, когда картина состояния здоровья младенца более или менее прояснялась.

Передача ребенка на патронаж в семью осуществлялась на условиях, определяемых губернскими управами и лицами, берущими детей на воспитание. Эти условия отличались крайним разнообразием не только по своему существу, но и продолжительности своего действия. Но какими бы они не были, если наступит момент, когда они оказываются неудобными для воспитателя, не взирая ни на что, он "приводит или приносит питомца обратно в приют".

Чтобы облегчить положение ребенка, переданного на патронаж, организовывался надзор за выполнением воспитателем своих обязанностей. С этой целью местности, где были взяты дети, делились на округа, которые вверялись надзору врачей или иного персонала, по возможности хотя бы с низшим медицинским образованием. В некоторых округах вместо постоянно живущего в округе "заведующего" устанавливалась объездная система, при которой командированное лицо, обыкновенно врач, делал периодические объезды своих питомцев. Но все это вошло в жизнь России уже во 2-ой половине XIX столетия. Таким образом в начале XIX века, как и прежде, предметом государственной заботы оставалось устройство осиротевших бездомных детей в различного рода учреждения, заведения. Но если законодательство предыдущих лет всячески способствовало децентрализации устройства этих детей в воспитательные дома, приюты и т.п., то теперь положение стало меняться, поскольку существовавшая система "тайного приноса" имела серьезные недостатки. Поэтому, с одно стороны, предпринимаются поиски путей оказания помощи нуждающимся матерям, с другой, осиротевшие дети устраиваются несколько по- другому. Так, Павел I издал Указ о выдаче пособия бедной матери, которая не могла воспитывать детей собственными средствами. Но желающих получить это пособие "явилось такое множество, что пришлось прибегнуть к сокращению расходов". Поэтому императрица Мария Федоровна, в чьем ведении находилась помощь детям-сиротам, распорядилась выдавать это пособие каждый раз с ее разрешения. Это требование оказалось настолько трудно выполнимым, что выплата пособий таким матерям вовсе прекратилась. Что касается иного устройства детей, пополняющих ряды сирот, то с 1807 года появляется так называемое "городское воспитание". Заключалось оно в предоставлении матери возможности за определенную плату воспитывать своих детей дома до достижения ими 7-летнего возраста. Примерно в это же время предпринимаются попытки уничтожения системы тайного приноса детей. Теперь главным ориентиром в определении судьбы воспитанника стала передача его в крестьянскую семью для подготовки "сельского сословия". Поэтому в 1828 году принимается закон, воспрещающий дальнейшее строительство воспитательных домов в губерниях, тем более, что смертность в них составляла 75 % и более. А в 1837 году правительственный Указ обязывает всех без изъятия младенцев, приносимых в воспитательный дом, приюты, отсылать в деревню "с воспрещением обратного их поступления в это заведение" Уходом за детьми здесь наблюдали окружные надзиратели - главным образом врачи. Но при желании мать могла за вознаграждение сама ухаживать за своим ребенком до достижения им 3-х лет, после чего всякая выплата прекращалась. Это Указ, ориентирующий на воспитание брошенных детей исключительно в деревнях, имел своей целью удержать родителей от отдачи своего ребенка в воспитательный дом.

Несмотря на различного рода запреты детские учреждения, предназначенные для осиротевших детей, продолжают все-таки появляться. Но теперь они возникают главным образом за счет частной благотворительности. Причем их создателями становятся преимущественно церкви, монастыри. Первый светский приют был открыт в России в 1837 году при Демидовском доме "призрения трудящихся" для дневного надзора за детьми, которых оставляли матери, идущие на заработки. Со временем таких приютов становится все больше и больше. Поэтому для руководства над ними в 1838 году создается Комитет главного попечительства, а в 1839 году разрабатывается "Положение о детских приютах". К этому времени постепенно на смену "тайному приему" приходит так называемый явный. Для него характерно предъявление при устройстве документов матери и ребенка, установление действительной материальной несостоятельности женщины. Ей оказывалась такая поддержка, которая снимала проблему устройства ее ребенка. В противном случае нередко мать принималась в приют вместе с ребенком и служила в нем кормилицей. Со временем, когда она уходила отсюда со своим ребенком, ей продолжали выплачивать на него пособие, например, 30 копеек в день в течении первого года. 20 копеек в сутки на втором году жизни ребенка, затем выдача пособия прекращалась.

Дальнейшее экономическое развитие России не могло не сказаться на проблемах, связанных с устройством детей и во второй половине XX века. Государство стало устройство сирот перекладывать на организации, в ведении которых находились отдельные группы населения. В крепостной России попечение о детях-сиротах было распределено между отдельными владельцами и ведомствами. Они и то должны были "тщись" о своих поданных. По идее, поэтому, не могло быть детей брошенных, так как о каждом заботилось то учреждение, к которому они были приписаны. Когда, например, речь шла о детях, просящих милостыню, вопрос слушал Николаевский комитет. Он разбирал это дело "по состоянию" этих детей. Детей помещичьих крестьян под расписку отдавали помещикам, детей государственных крестьян вручали местному старосте, солдатских детей препровождали в роту кантонистов и т.д. Если неизвестно было, чей это ребенок, его записывали в мещанское сословие.

Само собой разумеется, что вся деятельность по устройству осиротевшего ребенка в детское учреждение определенным образом регламентировалась. Для Московского и Санкт-Петербургского Воспитательных домов существовали, например, с 18 декабря 1890 года Временные правила о приеме младенцев. Вскоре - в 1894 году они были заменены правилами постоянными, действовавшими до октября 1917 года.

Разнообразие на местах форм и видов призрения осиротевших детей, деятельности по его осуществлению предопределялось и тем, что всюду действовали свои Положения, Правила, Уставы, имеющие как много общего, так и специфического. Все это свидетельство имеющего место во второй половине девятнадцатого века поиска путей более совершенной охраны подлежащих призрению детей. Так, в 1872 году в Москве организуется общество охраны детей, просящих милостыню. Чуть позже, в 1889 году в Москве появляется первое общество защиты детей, объектом внимания которого естественно становятся и дети-сироты. Возникает специализация разных обществ: "Общество защиты детей от жестокого обращения", "Детские ясли", "Общество спасения падших девушек", "Капля молока" и др. Многие из них иначе занимались охраной детей, нуждающихся в общественном призрении.

На заре ХХ века в широких кругах европейского общества было принято называть грядущее столетие "веком ребенка". Но всякие иллюзии на этот счет очень скоро исчезли. Первая мировая война принесла детскому населению России физические и нравственные страдания, разрушение семей, гибель родителей, голод и нищету в огромных масштабах. Усугубил положение ребенка и октябрь 1917 года. Миллионы обездоленных сирот, согнанные с постоянного места жительства, массы беженцев с малолетними детьми, расстройство правильного обучения детей в школах, их подорванное длительными лишениями здоровье - такова неприглядная картина первых лет существования государства так называемой новой формации. Для полноты картины можно добавить такой факт как вовлечение десятка тысяч детей разного возраста в непосильный для них труд, что наполнило еще неокрепшую детскую психику нездоровыми переживаниями военных страстей и спекулятивного ажиотажа.

После революции 1917 г., когда молодая советская республика столкнулась с массовым сиротством и беспризорностью, основной (если не единственной) формой устройства стали государственные детские дома. В 1918 году все дети были объявлены государственными и до 1989 года расширялась сеть разнообразных форм детских домов. Все дети молодой России признавались детьми государства и находились под его защитой.

В те годы шел активный поиск форм устройства осиротевших детей, хотя и эти поиски не выходили за рамки интернатного учреждения: детские коммуны, городки, трудовые колонии, пионердома. В 50-е годы Н.С. Хрущев провозгласил, "интернат - лучшая форма детских домов", и в нашей стране увеличилось заметно количество интернатов для детей-сирот. Однако к середине 30-ых годов все формы устройства детей-сирот были сведены к единообразию - детским домам. После войны, в 1945 г., было создано более 650 детских домов для детей, которые в войну потеряли родителей. В те годы в детских домах находилось более 600 тысяч детей по СССР, а в России - 400 тысяч детей.

В годы Великой Отечественной войны был возрожден институт опеки и патроната, который был отменен в первые годы советской власти. В 1936 году вновь появился термин "патронат", который напрямую связан с принятием ВЦИК и СНК РСФСР постановления "О порядке передачи детей на воспитание (патронат) в семьи трудящихся". Институт опеки и патронатной семьи активно развивался в годы Великой Отечественной войны. В 1942 году на патронате находилось 37 490 детей. Только по официальным данным в России в конце войны насчитывалось 678 тысяч детей, оставшихся без родителей. Из них 278 тысяч (41%) находились в семьях, заменивших родительскую. В 1943г. был принят специальный Приказ Наркомпроса о передаче сирот рабочим и колхозникам на патронат по договору, с выплатой зарплат и пособий детям. К сожалению, патронатное воспитание не вошло впоследствии в законодательство о браке и семье.

С 1960 г. стали активно внедряться школы - интернаты для детей - сирот. Многие школьные детские дома были преобразованы в школы - интернаты.

По материалам Интернета.





макан 2015 в Порше Центр Ясенево